Искак Исергепов: «Я не могу ради выгоды льстить и лгать!»

Искак Исергепов: «Я не могу ради выгоды льстить и лгать!»

Editors choice
4 views
0

 

Ветеран медицины рассказал о своих позициях при встрече с Президентом Казахстана В этом году Искак Наушинович Исергепов отмечает сразу три 80-летия: свой юбилей, день создания Министерства здравоохранения и день рождения области.    А 25 июля на внеочередной сессии Костанайский областной маслихат решил присвоить ему звание почетного гражданина Костанайской области. О том, почему решил стать медиком, о своей деятельности в качестве депутата Верховного совета, сегодняшней жизни и детях Искак Наушинович рассказал корреспондентам «НК».

— Расскажите, где вы родились? — Родился в Комсомольском районе, ныне Карабалыкский, в колхозе «Коммунар», его сейчас нет, там теперь село Станционное. Десятилетку окончил, в отличие от других, пройдя четыре школы. В те годы родители занимались отгонным животноводством и было постановление всех детей обеспечить обу­чением. С 6 по 10 класс я учился в казахском классе Бурлинской школы-интерната и окончил ее в 1954 году. Тогда же поступил в Алматинский медицинский институт, диплом получил шесть лет спустя — в 1960 году.

— А почему решили стать медиком?

— Отец мне всегда говорил, что если я буду учиться дальше, то должен стать работником сельского хозяйства. Из 17 одноклассников 13 решили поехать вместе поступать. Взял тайком деньги у отца, приехал в Алма-Ату и там встретил знакомого, золотого медалиста, окончившего русскую школу. Он рассказал, что не смог поступить в Московскую сельскохозяйственную академию имени К. А. Тимирязева, потому что туда проходили отбор не дети, а их родители, и у меня шансов нет. Его слова меня убедили, я развернулся и пошел сдавать документы в медицинский институт. Кстати, мой отец мог лечить, к нему постоянно приходили за помощью. После окончания института меня при распределении за хорошую учебу оставили в распоряжении Минздрава и отправили в Центральный институт онкологии и радиологии в качестве научного сотрудника. В тот год институт только открывался и оттуда я поступил в московскую аспирантуру.   — Расскажите о своей семье.

— Семья у нас большая — у отца было три жены и 32 ребенка. Я сын от второй жены. Моя мама Кайша дояркой работала и была участницей второго слета стахановцев. Ей было некогда нянчиться и меня  воспитывала старшая жена. Нас в годы войны неродная мать старалась кормить всем, что в руки попадало, и мы выжили. При этом в семье никогда не ругались. После смерти матери и старшей жены отец попросил меня вернуться домой, чтобы помогать семье. На тот момент он жил в новом целинном поселке – Семиозерном. Мне повезло, что я последние два года летом трудился в Семиозерной районной больнице хирургом. А там работал военный хирург из Харькова Владимир Андреевич Боченко. Он меня в Москве увидел и говорит: «Если вы вернетесь, не беспокойтесь. Должность районного хирурга вас ждет. Приезжайте».  И я поехал. Первую резекцию желудка там делал я. Оперировали 4,5 часа, тогда обезболивание было местное, наркоза и управления дыханием не было. Все это время меня поддерживала Зоя Тимофеевна Лузина —  заведующая облздравом. Женщина с мужским характером, она очень много сделала для меня. С ее подачи в 28 лет я стал самым молодым главным врачом в Камышинском районе. Когда прибыл туда, выяснилось, что там за восемь лет сменилось шесть главных врачей. Такая была текучесть. Новая типовая больница заморожена, медики ютились в щитовом двухэтажном домике. Девять лет я там проработал, два инфаркта получил. Сегодня в Камысты уже не делают тех операций, которые делал я. Все мои награды из того времени. А когда стал работать в областной больнице в Костанае, то получил кукиш. Потому что вольный был, говорил, что хотел, думал, что хотел.  — Сколько лет отдали медицине?  — В медицине я проработал 48 лет. Хирург высшей категории, отличник здравоохранения, награжден орденом Трудового Красного Знамени. На сегодняшний день могу похвалиться наградой «Золотой врач». За годы суверенитета Казахстана больше такую награду никто не получил. Сейчас моя пенсия — 54 тысячи тенге, а все потому, что я ни разу не получил зарплату как депутат. На тот момент было некогда думать о деньгах, страну нужно было поднимать. Депутатом Верховного совета я был дважды – в 1990 и в 1994 годах, принимал декларацию о суверенитете. Тогда  было 176 депутатов – самый большой депутатский корпус. — Вы выступали против льгот для депутатов. Почему? — Да, я против льгот депутатам. Говорил это раньше, говорю и продолжаю говорить. Депутатская неприкосновенность – это ширма для коррупции.

Ведь чем отличается депутат от других граждан?

В Конституции написано — все граждане Казахстана равны перед судом и законом. Разница в том, что граждане избрали нас участвовать в жизни страны от их имени. Всего навсего. — Вы часто встречались с нашим Президентом? — Да. Первый раз встреча произошла по моей инициативе, когда я еще был в составе Верховного совета. А второй раз Нурсултан Назарбаев сам меня пригласил. У нас 9 мая проходила выставка достижений технического оснащения. Было жарко, люди уже устали, но все-таки пошли еще смотреть на «ПАЗ», автобус красного цвета. Спросили мнения о машине, все молчат, а я взял и ответил: «Какое правительство — такая и техника». Проходит день или два, мне звонят и приглашают в Парламент на встречу к Президенту. Я как член президиума Верховного совета, председатель комитета, имел совсем другой статус. Глава государства мне тогда сказал, что я злоупотребляю своим положением и пытаюсь ставить палки в колеса членам Правительства. Я ответил, что если поднимаю какие-то крамольные вопросы, то скажите, я сразу отвечу. А по существу-то я не мнение свое высказываю, а говорю о свершившихся фактах. Тогда ведь Парламент не всегда выказывал поддержку Правительству. Почему нас распустили? Потому что мы стали поднимать вопрос о земельной реформе. Еще тогда мы были против продажи и аренды казахстанской земли. — Каков сейчас ваш образ жизни?

— Я здоровый образ жизни не просто культивирую, не рассказываю, как басню. Каждый день с 6 до 9 часов утра я хожу, гуляю в парке и это после трех инфарктов. Минимум 10-12 км я прохожу. Раньше, правда, бегал, а теперь, конечно, просто хожу. Организм потихоньку изнашивается, но все же я придерживаюсь основного правила медицины: движение — это жизнь. Второй момент — правильное питание. Большинство болезней возникает из-за нарушения питания. По статистике, 7% жителей в мире страдает сахарным диабетом. И это только выявленные, а все потому что люди не соблюдают пищевой баланс. Сегодня в рационе превалирует более 50% глюкозы, а мясные и рыбные блюда употребляют намного меньше. Я же стараюсь придерживаться правильного питания. Когда у полководца Суворова спросили, в чем причина его успехов, он, не задумываясь, ответил: режим и дисциплина. Сегодня у людей этого нет. — А как относитесь к вредным привычкам? — Я никогда не курил. И в Камышинском районе меня знали как приверженца «сухого закона». Нет, я, конечно, мог выпить рюмочку. Это даже не вредно иногда как сосудорасширяющее средство. Но более одной рюмки не пил,  какое торжество бы ни было. Говорят, что хирург не начнет работать, пока сто граммов не выпьет. Это неправда. Я в своей жизни ни разу не оперировал под хмельком. — Кто-то из детей продолжил ваше дело? — У меня четверо дочерей и только третья, Ботагоз, пошла по моим стопам. Она не только врач, но и ученый — в Москве защитила кандидатскую. На данный момент она работает ученым секретарем в Институте глазных болезней в Алматы. Сейчас в Лондоне изучает язык. Остальные дочери банкиры и экономисты. Они так и говорили: «С мамой вы не набегались?». Супруга моя ведь тоже медик, она педиатр. Насмотрелись, как мы работаем, решили, что не хотят такого.

— Что в этой жизни для вас ценно?

— Мой отец всегда говорил, что среди всех грехов самые страшные — это ложь и воровство. Это основа жизни. Я не могу  ради выгоды льстить и лгать. Но иногда обманывать приходится. Врачи — это единственные люди, которым религией разрешено иногда говорить неправду в диагнозе. О том, что человек скоро умрет, мы не можем говорить. Приходится пользоваться расплывчатыми фразами. Делать прогнозы на жизнь вообще нельзя. Был у нас однажды интересный случай, его даже чудом можно назвать. В Карасуском районе был один пациент. Он приехал к нам с запущенным раком желудка, мы, хирурги областной больницы, своими глазами видели, что у него метастазы. После операции его выписали. Через год вызвали врачей в Карасу. Наш заведующий Танько слетал, а потом рассказывает: «Вы не поверите, больной-то жив». Когда мы его обследовали еще раз, метастазы не нашли.  Чудеса бывают. — Все мы не вечные. Как вы думаете, что о вас скажут, когда вас не станет? — Я об этом не задумываюсь. Главное — выполнил завет отца. Ни один человек в жизни мне не сказал, что я лжец или сволочь. Я думаю, когда умру, даже лучше будут говорить обо мне, нежели сейчас.

Дарья Щербакова

About author
Картинка профиля adminka
Comments

Your email address will not be published. Required fields are marked *